Главная|О редакции|
Издания
|Опросы|Информация |Реклама|Подписка|Вакансии|Партнёры|Контакты

Публикации

Егор БЕРОЕВ: «Чтобы вжиться в роль – служил в спецназе»

В гостях у журнала «Полиция России» актёр театра и кино Егор БЕРОЕВ.

– Егор Вадимович, вы часто играете в фильмах людей в погонах. Причём так, что создаётся впечатление, что сами носите форму много лет. Как это удаётся?

– Причина, думаю, в отношении к жизни, которое привили родители, родственники, близкие знакомые. Многое зависит от круга общения. Но не в том смысле, что меня сплошь окружали военные и милиционеры. С детства мне привили своеобразное ощущение мундира. Это не просто служебный костюм, сшитый по строгим правилам из определённого полотна. Надеваешь его – и возникает чувство стати, чести, достоинства. Однако форма сама по себе не ограждает от дурных поступков. Уверен: люди в погонах должны вызывать у окружающих уважение не внешним видом, а своими достойными делами и поведением. Об этом и думаю, играя такие роли.

– Кто из родных оказал наибольшее влияние на ваше становление как личности, как актёра?

– У нас в семье с особой теплотой относятся к памяти моего деда Вадима Бероева – родоначальника актёрской династии. Наиболее известная его роль – майор Вихрь в одноименном фильме о подвиге советских разведчиков в годы Великой Отечественной войны. К сожалению, он рано ушёл из жизни, а я родился через несколько лет после этого. Но ношу его фамилию, считаю себя следующим звеном в актёрской династии семьи и понимаю, насколько это ответственно.

По национальности дед был осетином. На своей малой родине он до сих пор очень популярен и считается своего рода национальным героем. Всегда поражался, насколько в Северной Осетии и вообще на Кавказе умеют чтить своих предков. Это очень сильно повлияло на меня.

– Когда выбрали профессию актёра, считали её призванием или следовали семейной традиции?

– После окончания школы ни о каком призвании и мыслей не возникало. Тогда вообще в стране всё было крайне непонятно, в том числе и с получением высшего образования. А так как семья у нас актёрская, то и пошёл по стопам родных. Другой возможности, по сути, не представлялось.

Конечно, когда подал документы в институт, фамилия деда сыграла большую роль. Называешь её в приёмной комиссии, а в ответ: «Вы не внук?»

После этого отношение преподавателей ко мне заметно улучшалось. Но это работало только при поступлении. А вот учиться и играть роли лишь только потому, что ты внук, невозможно.

– На съёмках фильма «Игра в стиле модерн» вы помогали каскадёру управляться с лошадью. Как этому научились? Или сказались осетинские корни?

– Может, хотя не уверен. Ездить верхом научился в раннем детстве, но было это очень далеко от Северного Кавказа – в Костромской области. Туда ежегодно с двухлетнего возраста меня отвозили на лето к родственникам в деревню. Какие скачки мы устраивали с местными мальчишками! Сначала без седла, а потом по всем правилам. До сих пор езда на лошади для меня – стихия. Не исключаю, что осетинская кровь сыграла свою роль. Но с другой стороны, и на Руси лошади всегда жили рядом с людьми, а наши предки были отменными наездниками.

– Как вы относитесь к тому, что актёрам в реальной жизни хотя бы частично нужно испытать то, что они потом будут играть на экране?

– Из личного опыта скажу: мне это было очень полезно и как актёру, и как человеку. Когда готовился к работе над фильмом «Десантура», меня и ещё нескольких молодых коллег на полгода призвали, если можно так сказать, на военную службу в отряд специального назначения «Витязь» дивизии имени Дзержинского внутренних войск. Нашим консультантом и куратором назначили офицера по имени Дмитрий – краповый берет, высокий, статный, грамотный и сильный. Достойнейший образ солдата правопорядка для киноэкрана.

Первое время наша группа практически полностью жила по распорядку дня подразделения. Ночевали в казарме вместе с солдатами (чуть позже нас после ужина и до утреннего подъёма стали отпускать по домам), каждое утро выходили с отрядом на зарядку, пробегали по 6 километров. Несколько раз в неделю выезжали со спецназовцами в учебный центр на занятия по огневой подготовке и преодолению штурмовой полосы.

– Какие впечатления остались от такой службы?

– Потрясающие. Очень хорошо жилось в казарме. Внутри чисто, в какой-то степени уютно. В отряде люди активно работают. Такое ощущение, что у них не остаётся времени для всякой ерунды, имею в виду дедовщину. Ребята преодолевают реально тяжёлые испытания, поэтому они очень сплочённые и всегда готовы помочь друг другу. Считаю крайне важным, что в отряде меня не воспринимали как актёра. То, что мне поручалось, выполнял наравне со всеми. Словом, был таким же, как все, и это очень помогло в работе над ролью. Хотя в армии я не служил, но за несколько месяцев в «Витязе» меня научили владеть несколькими видами стрелкового оружия. Почти десять лет прошло, но и сейчас я могу разобрать и собрать пистолет, автомат. В результате, когда в фильме мне приходилось снаряжать патронами магазин или крепить его к автомату, зрители понимают: мой герой умеет обращаться с оружием. И люди верят происходящему на экране.

– Доводилось ли видеть, как бойцы проходят испытания на право ношения крапового берета?

– Не только видел, но и сам участвовал в первом этапе – марш-броске на 12 километров. Бежал наравне с остальными в необходимой экипировке: в военной форме, бронежилете, каске, с противогазом и автоматом. Это оказалось очень сложно. Но полученный опыт многое добавил в багаж роли. Сильные впечатления, когда после нескольких километров начали карабкаться на холм. На его гребне стояли инструкторы в краповых беретах и едва кто-то из нас почти забирался наверх, они сталкивали его вниз – создавали дополнительные трудности. И там не имело разницы – актёр ты или военнослужащий. Перед испытаниями все равны. Это особенно понравилось.

– Не обидно было скатываться вниз, чтобы снова карабкаться?

– Конечно обидно! Но всё происходило мимолётно. Позже анализировал пережитое состояние и понял, что в тот момент не обижался лично на человека, который меня столкнул. Для этого просто не оставалось сил. Всеми, кто бежал, и мной в том числе владела единственная цель – дойти до финиша, несмотря ни на что. Какой же у нас мощный спецназ! В каких невероятных условиях готовятся ребята. И насколько удивило, как после марш-броска инструкторы начали подбадривать молодых бойцов, которых только что сталкивали с холма.

– До рукопашного боя на испытаниях не дошло?

– Я же не сдавал на берет, поэтому участвовал только в первом этапе. А вообще на занятия по рукопашному бою ходил вместе с ребятами из отряда регулярно. Кстати, это были единственные занятия, где для актёров предусматривался щадящий режим. Дело в том, что параллельно с нашим вживанием в роль начались съёмки фильма, поэтому нельзя было приезжать на площадку с синяком на лице, рассечением или другими последствиями спарринга. Прежде я несколько лет занимался айкидо. На рукопашном бое особенно тщательно мы отрабатывали приёмы против вооружённого противника. Вскоре поймал себя на мысли, что плотно «подсел» на это дело. Как-то вечером возвращался из дивизии домой на машине. Устал дико. На въезде в Москву возле кольцевой дороги меня остановили два сотрудника Госавтоинспекции для обычной проверки документов. Вышел из машины, отдал права. Пока один инспектор их изучал, заметил, что у второго на плече висит автомат. Через несколько секунд ловлю себя на мысли, что в голове уже независимо от меня прокручивается порядок действий: какое положение занять, какой приём применить, чтобы выбить автомат у одного и нейтрализовать второго… Господи, что это?! (Смеётся).

– В финале «Турецкого гамбита» контрразведчик Эраст Фандорин не совсем удачно боксирует и значительно уступает в поединке с турецким шпионом – явно мастером восточных единоборств. Почему вам предложили сыграть в непривычном стиле?

– Это всё придумка режиссёра Джаника Фанзиева и отменная работа замечательного постановщика трюков Владимира Деркача, который мне во многом помог, ведь я никогда не занимался боксом и не представлял, что это такое. Между тем этот вид единоборств являлся одной из составных частей европейской культуры ХIХ века. Помните Шерлока Холмса и доктора Ватсона? Так что тот экранный поединок – лёгкий стёб Джаника. Кстати, в следующей книге приключения тайного агента происходят на Дальнем Востоке и там он овладевает местным боевым искусством. Но этого фильма пока нет.

– Роль Эраста Фандорина сделала вас очень популярным. А как создавался именно такой образ?

– Персонаж – это командная игра. Одному актёру всё сделать не под силу. Требуются и художники по костюмам, и режиссёрские идеи. В начале фильма мой герой убегает из турецкого плена в одежде восточного оборванца: протёртые шаровары, курточка, замызганный халат. Этот костюм я не снимал с себя даже после съёмок – приезжал в нём в гостиницу, ложился спать, а утром отправлялся на площадку. Через вещи старался прочувствовать атмосферу, психофизику человека, который находится в плену, бежит оттуда и пробирается к своим…

– Егор Вадимович, что бы вы пожелали в новом году читателям «Полиции России», большинство из которых является сотрудниками органов внутренних дел?

– Никогда не терять оптимизма даже в самых сложных ситуациях, не забывать о юморе – он поможет справиться с тем потоком негатива, с которым вам постоянно приходится иметь дело по долгу службы. Берегите себя, берегите своих родных и близких.

С Новым годом!

Беседу вёл Игорь БЫСЕНКОВ
Фото из личного архива Егора БЕРОЕВА


Визитная карточка

Родился 9 октября 1977 года в актёрской семье.

В 1994 году поступил в Высшее театральное училище имени М. С. Щепкина. После его окончания работал в театре МХТ имени А. П. Чехова.

Сыграл более 20 театральных ролей, снялся более чем в 50 фильмах и телевизионных сериалах. Стал особо популярен после исполнения главной роли в картине «Турецкий гамбит» (2005).

Неоднократно играл на экране сотрудников правоохранительных органов, в том числе в сериалах «Гражданин начальник» (2001), «Каменская–2» (2002), «Химик» (2010), «Ковбои» (2013).

Обладатель призов за лучшую мужскую роль на международном фестивале телевизионных фильмов в Пловдиве (2003) и на кинофестивале «Виват, кино России!» в Санкт-Петербурге (2005).

04.02.2017Читать далее