Главная|О редакции|
Издания
|Опросы|Информация |Реклама|Подписка|Вакансии|Партнёры|Контакты

Публикации

«С особенной расторопностью в столице действовать»

Указом Александра I от 29 августа 1808 года в столице Российской империи учреждена должность следственных приставов. Это означало восстановление административной модели построения следственного аппарата. Одним из инициаторов нововведения стал первый министр полиции Александр Балашов (1770-1837 гг.).

«…Я бы сию должность принял»

«Хитрость грека, сметливость и смелость русского, терпение и скромность немца» - так характеризовали Александра Балашова его современники. Природа дала ему всё, чтобы стать хорошим руководителем. Но он и не предполагал, что возглавит полицию.

В 1804 году, будучи ревельским военным губернатором, Балашов получил приказ о назначении шефом Троицкого мушкетёрского полка на Кавказской линии. Он счёл это проявлением недовольства императора. В полк всё же прибыл, а 1 сентября подал в отставку. Оказавшись вне служебной деятельности, Балашов не знал, чем себя занять. Определиться помогла неожиданная встреча на музыкальном вечере с генерал-адъютантом Александра I графом Евграфом Фёдоровичем Комаровским. Бывший сослуживец по Измайловскому полку признался Балашову, что по поручению министра внутренних дел подыскивает кандидатуру на должность московского обер-полицмейстера. Перспектива занять это место показалась Балашову интересной. Однако он сомневался, что его кандидатуру одобрят. О чём и сообщил в беседе с графом: «…Как военный губернатор, я имел в команде у себя полицмейстера и всю полицию и ни от кого не зависел, а тут сам буду под командой… Но я бы сию должность принял, только я уверен, что меня не определят». Балашов ошибся, его назначили на эту должность. А бывший сослуживец впоследствии отметил: «Сие было начало его последующей фортуны по службе и всех почестей, им в оной приобретённых».

Уговорили императора

Балашов недолго прослужил обер-полицмейстером в Москве. Вскоре он был назначен на такую же должность в Санкт-Петербурге. Александр Дмитриевич управлял столичной полицией с 25 марта 1808 года как обер-полицмейстер, а со 2 февраля 1809 года по 28 марта 1812 года как военный губернатор. Он гордился тем, что в его бытность «следствия производились с таким успехом, что не раскрытыми остались только две или три значительные кражи».

При вступлении в должность Балашову достались три тысячи «запущенных без окончания дел», некоторые с 1802 года. Поэтому он обратился с просьбой к обер-полицмейстеру императора утвердить новый штат канцелярии Управы благочиния, чтобы полиция могла «с особенною расторопностью в столице действовать».

В 1808 году Балашов и военный губернатор Д. Лобанов-Ростовский вышли с ходатайством на министра внутренних дел об улучшении оперативно-следственной работы полицейского аппарата. Они считали ошибкой ведение следствия частным приставом, так как «человек занятый, обременённый множеством разнородных дел» не справлялся с этими обязанностями. И предложил ввести в штатное расписание должность следственного пристава. Император согласился. Это нововведение значительно улучшило работу полицейских.

Противопожарные меры

По утверждению Балашова, при его предшественнике нижние чины полиции по несколько лет не получали жалованья или амуниции, не хватало 119 драгунских и пожарных лошадей, пожарные инструменты находились в «совершенной негодности и ни одного мастерового не было в полиции для починки оных». Их ремонтировали городские ремесленники. Он сделал многое, чтобы изменить ситуацию к лучшему.

В отчёте Балашова отмечено, в Петербурге за период его руководства - с 1808 по1811 годы «не было ни одного пожара, в котором бы сгорело более двух домов с принадлежностями». Управлением столичной полиции были отремонтированы все 17 пожарных труб, причём ремонт их, как и других пожарных инструментов, вновь стали производить мастера «собственно полиции принадлежащие», улучшилось и «транспортное средство» - «лошади пожарные - добрые, сбитые, и все в достаточном количестве». Чинам полиции Петербурга, отличившимся при ликвидации пожара, стали выплачивать премиальные из штрафных сумм, взимаемых с обывателей за несоблюдение противопожарных мер.

В 1810-1811 годах российскую столицу посетил граф Федерико Фаньяни, государственный советник и камергер короля Италии Наполеона, и был восхищён организацией пожарного дела. В одном из писем с берегов Невы сообщает, как «много специальных пожарных постов, имеющих насосы и всё прочее, что необходимо для тушения пожара» устроено в разных частях города. Каждый съезжий дом имеет башню, где дежурил часовой. Он должен был усмотреть возгорание и сообщить знаками: днём поднять определённого цвета флаги, каждая часть города имела свой цвет, а ночью зажечь определённого цвета фонари. Время прибытия каждой части на пожар было определено уставом.

Встреча с Наполеоном

В июле 1810 года Александр I подписал манифест, согласно которому все государственные дела разделялись на «пять частей». Одна из них - «Устройство внутренней безопасности», в которую вошло министерство полиции. Его возглавил сорокалетний генерал-адъютант Александр Балашов.

Министерство полиции размещалось в двухэтажном каменном доме под № 150 во 2-м квартале 1-й Адмиралтейской части, который за 70 тысяч рублей из доходов полицейского подразделения купили у полковника Путятина.

За время работы Балашова в должности министра полиции в ведомство поступили 52 тысячи документов, а на посту столичного военного губернатора - 23 тысячи. Из всех бумаг не рассмотрены только 17, которые поступили в министерство незадолго до отбытия Балашова в армию.

28 марта 1812 года Александр I и Балашов прибыли в Вильно для подготовки к войне с Наполеоном. Поэтому в высшем эшелоне власти были произведены штатные перестановки. Должность военного губернатора Петербурга переименовали в главнокомандующего. Им стал Сергей Кузьмич Вязмитинов.

Находясь при императоре, Александр Дмитриевич выполнял и некоторые дипломатические поручения. В июне 1812 года его направили к Наполеону для переговоров о прекращении военных действий. На вопрос захватчика, какой дорогой лучше дойти до Москвы, он, не растерявшись, ответил: «Карл XII шёл через Полтаву».

Александр Дмитриевич был одним из инициаторов отъезда императора Александра I из действующей армии в июле 1812 года и назначения в августе главнокомандующим Михаила Илларионовича Голенищева-Кутузова, а также одним из организаторов ополчения.

Последнее пристанище

15 октября 1819 года Балашов вновь возглавил министерство полиции и находился на этом посту недолго, через двадцать дней вверенное ему ведомство вошло в состав министерства внутренних дел. С этого времени по март 1828 года Балашов являлся генерал-губернатором пяти центральных губерний России: Воронежской, Орловской, Рязанской, Тамбовской и Тульской. Он произведён в генералы от инфантерии, а после увольнения оставался членом Государственного совета, одновременно с 1832 года и членом Военного совета. Спустя два года по болезни вышел в отставку. В 1837 году решил поправить здоровье за границей, прибыл в Кронштадт для пересадки на корабль, но здесь неожиданно его жизнь оборвалась.

За двадцать лет до смерти Балашов приобрёл село Покровское в Шлиссельбургском уезде Петербургской губернии, ныне деревня Шапки Тосненского района. Он мечтал о родовом гнезде: заложил пейзажный парк, построил усадьбу и церковь Покрова Пресвятой Богородицы, в подвале которой устроил родовую усыпальницу. Там первый министр полиции Балашов и был погребён. Церковь взорвали фашисты в 1944 году при отступлении. Сохранился только заложенный им усадебный парк, старейший в Тосненском районе.

(Примечание: даты приведены по старому стилю).

Любовь САФРОНОВА,
кандидат исторических наук
Ленинградская область

10.09.2017

партнёры