Главная|О редакции|
Издания
|Опросы|Информация |Реклама|Подписка|Вакансии|Контакты
Слушайте
он-лайн радио
ВКЛЮЧИТЬ
-=Радио Милицейская Волна=-
ГРОМКОСТЬ
35

Публикации

Наталья САЛТЫКОВА: «Я открыла для себя красоту русского костюма»

В гостях у журнала «Полиция России» художник по костюмам Наталья САЛТЫКОВА.

– Наталья Ильдаровна, вы получили награду в номинации «Лучшая работа художника по костюмам» за фильм «София» на церемонии вручения пятой премии Ассоциации продюсеров кино и телевидения. Были удивлены – ведь в кино вы работаете относительно недавно?

– Я и не мечтала о таком! Да и в кино попала благодаря случаю, хотя ещё со школы увлекалась шитьём. Училась в художественной школе, художественном училище. Шила друзьям, себе. Подруга, художник по костюмам, позвала помочь ей на площадке. Мне понравился процесс, энергетика, драйв. Потом пригласили ассистентом художника… Мне повезло на профессионалов – Юрий Хариков, Лена Лукьянова, Наталья Дзюбенко. Они научили меня многому.

– Сериалы «София», «Годунов» – масштабные исторические фильмы, где вы работали главным художником по костюмам. А какой фильм вы назвали бы первой самостоятельной серьёзной работой?

– Безусловно, «400 лет династии Романовых». Этот документальный сериал очень важен для меня. Долго думала, соглашаться или нет работать в нём. Если честно, было страшно: такой размах – четыре столетия! Было не слишком много времени на подготовку, а работу над историческими материалами пришлось проделать практически исследовательскую. В итоге этот сериал, созданный с уважением к эпохе, получил престижную телевизионную премию ТЭФИ.

– Речь шла именно об исторической достоверности костюмов?

– Да. Фильм документальный, поэтому и в костюмах мы старались максимально приблизиться к истории. В качестве информации использовали старинные иконы, парсуны, Радзивиловскую летопись, книги по истории. В историческом музее прожила маленькую жизнь. Помогали и консультанты-историки.

– «Годунов» – фильм художественный. Строгое следование букве истории не обязательно. Приходилось что-то додумывать в костюмах?

– Бывало и такое. Например, долго морочились с опричниками. Изображений их почти не сохранилось. Но наш консультант нашёл нам малюсенькую, как наскальная живопись, картинку на дне кувшина, где едва разборчиво были изображены фигурки в странных одеяниях. Вот её-то мы и додумали. А оттолкнулись от известного факта: опричники при Иване Грозном рядились в монахов, не будучи ими в жизни. Вот и у нас опричники – ряженые. И чтобы отделить их от настоящих монахов, я придумала плащи с капюшонами, закрывающими лицо. Бессмысленно требовать от художественного фильма абсолютной достоверности, как бы ни хотелось этого историкам. Наша задача – создать такие образы, которые ассоциировались бы у зрителей с определённой эпохой. Это своего рода наша версия того времени.

– Может так случиться, что лет через 100 эти костюмы будут восприниматься как подлинные. Например, как рельефное изображение актёра Николая Черкасова, сыгравшего Александра Невского в одноименном фильме, на ордене Александра Невского.

– Надеюсь на здравый смысл потомков – ведь это всё-таки художественное произведение.

– О той эпохе были сняты прекрасные фильмы Сергеем Эйзенштейном и Сергеем Бондарчуком. Вы в ходе подготовки их пересматривали?

– И не один раз. Эти фильмы сняты с большим тактом, с бережным отношением к истории, с изумительным чувством меры. Мастерам, занятым в съёмках, можно безусловно доверять.

– Как современника что вас удивляет в моде тех лет?

– Недавно была в костюмерной, где хранятся костюмы с «Годунова». В процессе съёмок не было времени их оценить. А сейчас смотрю и думаю, что сама бы с удовольствием надевала многое из женской одежды. Например, рубахи, которые можно носить как платья даже сейчас. А мужские кафтаны? Какая же это красота! И они так стройнят!..

– Костюмы сильно преображают человека?

– Меняется походка, взгляд, осанка. В жизни такие одеяния было совсем непросто носить. Парадный наряд весил несколько килограммов – с каменьями, оружием, головными уборами. В таких одеждах не побегаешь. Ходить приходится медленно, плавно. Голову с тяжёлым убором несёшь прямо, поворачивать и то тяжело. Одежды с длинными рукавами – символ знатности и богатства. В таких не только не поработаешь, ходить – и то неудобно, поэтому их завязывали сзади. Отсюда и пословица «Работать спустя рукава».

– А как артисты осваивались в этих костюмах?

– Это было непросто. Перед каждым стояла задача научиться носить одежду XVI века естественно. Уметь вжиться в костюм так, чтобы не выглядеть современниками, играющими бар и холопов. Порой даже наши маленькие промашки обыгрывались актёрами. Когда примеряли царские туфли Сергею Маковецкому, играющему Ивана Грозного, они оказались ему велики. Другой закапризничал бы, а он – профессионал! – обрадовался: «Прекрасно! Эти туфли дадут мне шаркающую старческую походку».

– Как начинается работа над костюмами?

– Обсуждаем с режиссёром одежду каждого персонажа. Он рассказывает о том, каким он себе его представляет. А моя задача – его фантазии превратить в нечто материальное. Например, объяснить, что актёр не может достать из кармана какой-то предмет, потому что в XVI веке не было карманов. И что в тяжёлой длинной одежде нельзя перелезть через забор. И что по этой же причине актёры не могут быстро бегать.

– Как вы придумываете персонажей?

– Сначала – эскизы костюмов, потом собираю их в группы – положительные или отрицательные герои: так легче продумывать образы. Дальше обдумываю ткани и фактуры. Кафтаны, допустим, одинаковые, да не совсем – разные по цвету, по отделке, по материалу. Чёрного цвета, кстати, в кино нет. Даже в цветном. Он выглядит как чёрный, но может быть серым или синим. Приходилось учитывать и такие нюансы. С красным цветом тоже могут быть проблемы. Опасный цвет.

– XVI век – яркий, насыщенный прекрасными тканями и мехами. А их-то как добывали?

– Многие рисунки и орнаменты можно увидеть на фрагментах тканей в музеях. Конечно, такие на прилавках не лежат. Но мы покупали в Турции – на наше счастье, там до сих пор ткут византийские узоры, как сотни лет назад, и текстура ткани та же. А мех может быть и искусственным, но выглядеть должен убедительно. Сейчас это не проблема: и меха, и кожу, хоть и искусственные, не отличишь от настоящих.

– В «Годунове» более 200 персонажей. Костюмов сшито более 1000. По одежде можно понять, как эволюционируют герои?

– Артисты проживают в фильме целую жизнь. Естественно, что одежда меняется вместе с персонажем. Например, у Сергея Безрукова около 20 предметов одежды. Его герой по сюжету из худородного боярина становится могущественным вельможей. Годунов был прогрессивным человеком, модным и продвинутым, говоря языком современной молодёжи. Чтобы подчеркнуть это, Безруков ходит в высоких воротниках-козырях, которые тогда только-только входили в моду, носит жилеты. То же можно заметить и по украшениям. Вначале на его руке маленькое колечко, затем появляются массивные дорогие украшения. Жена Годунова Ирина, которую играет Светлана Ходченкова, была жёсткой, властной женщиной. Эту мысль мы вложили в её костюмы – все предметы одежды нарочито преувеличены, цвета агрессивные.

– Величина украшений, видимо, и была явным признаком богатства и власти?

– Наши предки не мудрили, а ювелирное искусство было не таким гламурным, как сейчас. Всё было просто – большой камень и самая обычная оправа. У дам – хаотичная насыпь самоцветов. У мужчин – крупные перстни, наручи-манжеты и меха. По крою одежды простолюдины не отличались от бояр, но богатая ткань выделяла вельмож. Да ведь та одежда была простого кроя, особенности фигуры не подчеркивала. А вышивкой занимались и сами боярыни. Украшения, кстати, в фильме не бутафорские, изготавливались специально из серебра и металлов, камни тоже натуральные. А Маковецкому–Грозному по завершении сьёмок подарили игровой перстень.

– Когда костюмы сшиты, ваша работа закончена?

– Это только начало. Я безотлучно присутствую на съёмочной площадке: удался костюм или нет, понимаешь только там. А вдруг ещё и режиссёру придёт на ум новая задумка? Например, для сцены наказания проворовавшегося казначея, которого играет Александр Семчев, были сшиты две сменные рубахи: его бьют, и должно быть именно две рубахи – целая и изорванная. И тут режиссёр спрашивает: «Есть ли что-то посветлее?» А Семчев – человек габаритный, готовая вещь ему едва ли придётся в пору. Пришлось шить прямо на ходу.

– Бывают такие колоритные персонажи, которые «переигрывают» свой же костюм?

– Виктор Сухоруков настолько яркий и убедительный, что костюм потребовался «потише», чтобы эмоционального перебора не получилось.

– Вы, как волшебники, можете сделать человека и ужасным, и прекрасным…

– Изуродовать костюмом – легко. Есть в «Годунове» персонаж – Андрюшка. Мы задумали его горбатым. Придумали горб, а вытачкой его и подчеркнули. Хотя, по правде говоря, вытачек в те времена ещё не придумали.

– Вытачек не было, карманов тоже. Это вам стало в диковинку?

– Больше всего удивляли длиннющие рукава, которые никакого практического смысла не имели. Разве только грели руки. А вместо карманов были привязаны к кушакам сумочки-кошели. Или всё, что можно, попросту засовывали за голенище.

– Парсуны – это поясные портреты. Где подсматривали модели обуви?

– Кое-какая информация сохранилась в воспоминаниях современников, образцы обуви можно найти в музеях – те самые сапоги со вздёрнутыми носами. Мужские погрубее, а женские ещё и расшивали золотой нитью, камнями. Жалко, что в фильме обувь не всегда было видно. А ведь мы специально для Грозного сшили сапоги из настоящего бархата, вышитые натуральным жемчугом. На жене Годунова – расшитые валенки. Их можно было хорошо рассмотреть в сцене, где Годунов разувает жену. Впрочем, если этих эпизодов не помнят – значит, хорошо поработали мы и замечательно сыграли актёры: зрители от скуки не занимались разглядыванием деталей вместо того, чтобы следить за сюжетом.

– Герои фильма проживают на экране целую жизнь. Значит, одежда должна быть ношеной?..

– Всю одежду мы специально состаривали. Это называется «зафактурить»: потёртости на рукавах делаем наждачной бумагой, складки на локтях прорисовываем краской.

– Актёры не привередничают? Костюмы тяжёлые, неудобные…

– Дисциплинированные актёры старой школы не капризничают. Молодые могут пожаловаться, попросить облегчить наряды. Но, глядя, например, на того же Сухорукова, который в костюме и гриме может терпеливо ждать очередного дубля, терпят.

– Как человеку, который профессионально шьёт, что дала вам работа в историческом кино?

– Я открыла для себя красоту русского костюма. И поняла, что его возможности – безграничны и с этой темой можно работать долго и разнообразно.

– Недавно в Москве прошла необычная выставка «История одного кино», на которой были показаны костюмы и реквизит сериала «София». Необычная потому, что многие костюмы не стояли в застеклённых витринах, а запросто «прогуливались» среди зрителей. Успех был ошеломительный. Вас это удивило?

– Порадовало! Я видела, с каким интересом посетители рассматривали собственную историю, узнавая что-то новое для себя о стране и времени. И там было на что посмотреть. Некоторые из тканей изготовлялись вручную в женском монастыре! А на костюмах – настоящие полудрагоценные камни.

– Профессиональное мнение художника по костюмам: умеют ли полицейские носить форму?

– Мундир – мужская одежда, поэтому для сильного пола ношение мундира – давняя и привычная традиция. А вот девушки могли бы подчеркнуть свою стать, подогнав на себя мундир, который не всегда учитывает особенности дамской фигуры.

Беседу вела Нина СКУРАТОВА
Фото из личного архива Натальи САЛТЫКОВОЙ


Визитная карточка

Родилась 22 января 1976 года.

Окончила художественную школу в Коломне (Московская область), художественное училище им. М. И. Калинина в Москве, факультет русской филологии Московского педагогического университета, курсы моделирования и дизайна одежды на базе МГТУ им. А. Н. Косыгина.

С 2004 года начала работать в кино. Была костюмером, ассистентом художника по костюмам, главным художником по костюмам. Участвовала в съёмках более 20 фильмов. Среди них – «Бесы» (2006), «Пассажирка» (2007–2008), «Одна война» (2008–2009), «Ёлки» (2010), исторические сериалы «София» (2016), «Годунов» (2018).

Лауреат премии Ассоциации продюсеров кино и телевидения (2017).

09.01.2019